Урок фехтованияДействующие лица:
В.-А. Моцарт
Ксаверий – учитель фехтования
Анна – девушка 17 лет
Фон Ронталь – граф, её отец
Действие происходит в Вене, в апартаментах графа фон Ронталь. В гостиной двое – Моцарт и Ксаверий. Оба приглашены графом, чтобы давать уроки его дочери.
Моцарт
Какая странная идея: нанять для своей дочери учителя Фехтования!
Ксаверий
Господин Моцарт, я обожаю странные идеи и даже веду им счёт. Эта уже вторая.
Моцарт
А какой же была первая?
Ксаверий
О ней нельзя поведать, ибо она облачена в молчание.
Моцарт
А во что же ещё могут облачаться идеи, кроме слов и молчания?
Ксаверий
Вот, например, граф фон Ронталь – это идея, облачённая в камзол.
Моцарт
Может быть, пофехтуем в ожидании графа, если вы не против?
Ксаверий
Охотно. (фехтуют)
Граф (входя)
Добрый вечер, господа! Добрый день, доброе утро!
Моцарт
Я вижу добрый вечер и даже добрый день. Но откуда же вы взяли доброе утро, граф?
Граф
Немного погодя вы его увидите, Моцарт. Итак, господа, готовы ли вы начать уроки с моей дочерью?
Моцарт
Я берусь сделать из неё настоящего фехтовальщика – грозу королевства.
Ксаверий
А я могу сделать из неё прекрасную музыкантшу – на радость отцу.
Граф
Превосходно. Сегодня 14-ое февраля, следовательно завтра будет 15-ое или снова 14-ое или снова 15-ое.
Ксаверий
Или снова никакого не будет.
Моцарт
Или просто будет доброе утро.
Граф
Тогда приступим. (зовёт) Анна!
Анна (входя)
Доброе утро, господа. (оба поражены её красотой)
Моцарт (растерянно)
Нет, не растерянно, а слишком растерянно.
Ксаверий
У меня вдруг выскочило из головы всё, что только может выскочить.
Анна
Как быстро наступил вечер! Мне сегодня приснился дождь. К чему снятся дожди?
Моцарт
Они снятся к снам, госпожа.
Ксаверий
Особенно один из них.
Анна
Отец, если вы не возражаете, мы начнём с фехтования, а также с музыки.
Граф
Часы бьют полночь. Испанские часы. Приступайте, господа.
Моцарт (становясь в боевую позицию напротив Анны)
приди, моё дитя, я здесь, я тоже призрак,
проветренный насквозь, но только я один.
смотри, как этот дождь полуночен и близок,
он тоже одинок среди февральских льдин.
нет в мире ничего прекрасней нашей встречи,
нет в мире ничего волшебней твоих рук.
мне чудится клинок, мерцающие свечи
и этого дождя откликнувшийся звук.
покуда мы втроём, ничто не угрожает
секундам и векам, которые пройдут,
которые, пройдя, так странно отражают
вся муку и любовь, не пройденные тут
Анна (парируя выпады Моцарта, приближается к фортепьяно)
А что скажете вы, господин Ксаверий?
Ксаверий
Скажу, что фехтование – это искусство действовать холодным оружием.
Анна
Так действуйте же!
Ксаверий
Фортепьяно – это самое холодное из всех оружий.
Анна
Даже холоднее дождя?
Ксаверий
Дождь – всего лишь музыкальный инструмент, и следовательно я говорю как настройщик, а не как безумец.
Граф
Браво! Все выпады отбиты.
Анна
Прошу вас, продолжайте. Эта мелодия мне по душе.
Ксаверий
В мире каждые 18 минут рождается пушкинист.
Граф
В мире каждую минуту рождается минута.
Моцарт
Или больше. А то и меньше – в зависимости от зависимости.
Анна
Отсюда вывод – что вывод не отсюда.
Моцарт
Рапира держится так, что большой палец находится на обороте рукоятки.
Граф
А ночь держится прекрасно.
Анна
А дождь держится?
Ксаверий
Это зависит от поединка, вернее – от рукоятки.
Анна
Где вы учились музыке?
Ксаверий
В этой гостиной. До вашего прихода Моцарт успел меня научить всему.
Моцарт
Взяв рапиру, надо встать в позицию ан-гард. Правая рука согнута в локте, чтобы кисть приходилась на высоте плеча, а конец рапиры против глаза противника. Корпус по возможности опирается на одну левую ногу.
Граф
Моцарт, где вы учились фехтованию?
Моцарт
В этой гостиной, граф. До вашего прихода мы как раз успели закончить сюиту для валторны с полковым оркестром.
Граф
Анна, оказывается, в этой гостиной можно научиться чему угодно!
Анна
Даже молчанию?
Граф
О молчании я умолчу.
Анна (Ксаверию)
Как вы думаете, в чём смысл восемнадцатого века?
Ксаверий
В треугольной шляпе.
Анна
А смысл треугольной шляпы?
Ксаверий
Увы! не в восемнадцатом веке.
Анна
Скажите, кем вы никогда не были?
Ксаверий
Секундантом дождя.
Анна
Но почему?
Ксаверий
Потому что поединки запрещены в этом королевстве.
Анна
Но ведь ночью законы становятся невидимыми.
Ксаверий
Нет, они просто становятся ночными и ещё более суровыми.
Граф
Например?
Моцарт
Например, созвездие Фортепьяно – оно опирается на одну левую ногу.
Граф
Моцарт, что вам больше всего нравится в Испании?
Моцарт
Толедская сталь.
Граф
А в дожде?
Моцарт
Толедская прозрачность.
Граф
Браво! А в браве?
Моцарт
В браве мне всё нравится.
Ксаверий
Движения вперёд, назад и выпад, т. е. быстрая передача всего корпуса на выдвинутую вперёд согнутую правую ногу и одновременное вытягивание правой руки, нанесение удара, должны быть совершенно свободны. Это главный фортепьянный закон.
Граф
Анна, ты делаешь такие стремительные успехи, что мне становится страшно за твоих будущих противников – хотя поединки и запрещены в нашем ночном королевстве.
Анна
Странно, я едва только коснулась этих клавишей, а музыка – уже ночная.
Ксаверий
Это потому, что вы правильно держите клинок.
Моцарт
Для дождей не существует никаких законов. Поэтому они и называются дождями.
Граф
Вольфганг, а вам приходилось когда-нибудь видеть идею, облачённую в камзол?
Моцарт
Приходилось и видеть и слышать и даже обнимать.
Граф
Я это к тому спросил, что в пьесах всё возможно.
Моцарт
Даже совпадения.
Анна (делая смелый выпад)
Даже фехтования.
Ксаверий (сходя с ума от любви)
Даже ксаверий.
Граф
Есть что-то испанское в этой паузе.
Моцарт
Кордова так же славится своими паузами, как Севилья – своими севильянками.
Граф
Я охотно обнял бы эту идею.
Анна
Ксаверий, скажите о себе или о ком-нибудь ещё более таинственном.
Граф
Вы коснулись двух самых таинственных клавишей.
Ксаверий
нет, дождь ещё не сталь, но в этом юном сходстве
участвуют окна февральское стекло
и весь прозрачный час с своим мгновенным ростом,
гарцующий опять столь конно и светло.
нет, дождь ещё не стал и никогда не станет,
а если я неправ, то вот мои века:
то вот мои клинки из полуночной стали,
которая навек безумна и легка.
прощай, моё дитя! из всех несходств февральских
прекрасней всех одно: которое не здесь –
и дождь его и сталь откликнутся едва ли
в австрийской тишине на собственную весть
Моцарт
Прикосновения рапиры бывают двух видов, но зато один из них – смертельный.
Ксаверий
Я забыл, какому искусству я здесь обучаю.
Граф
Конечно же, дождевому и ночному и фортепьянному. А что?
Ксаверий
Нет, ничего.
Моцарт
Если это искусство – вечернее, то неплохо было бы выпить вина.
Граф
Сейчас прикажу слуге принести. (приказывает, и скоро слуга возвращается с шампанским) Прошу вас, господа!
Моцарт (глядя в окно)
О, деревья, деревья! У них нужно учиться жестам, особенно во время бури. У них нужно учиться молчанию, особенно всегда.
Граф (любуясь цветом вина)
Ничто так не забывается, как дуэли. И ничто так не вспоминается, как поединки.
Моцарт (глядя на Анну)
Я преподаю живопись самой прелестной девушке королевства!
Ксаверий (не глядя)
А я преподаю латынь самой божественной девушке королевства!
Анна
А я пью за двух моих самых любимых учителей!
Граф
Позвольте, а латынь какая – дождевая?
Ксаверий
Такая же, как и живопись. Странствующая латынь.
Анна
Прикосновения кисти бывают только двух видов. Неужели оба смертельные?
Ксаверий
зато прикосновения латыни
так невесомы и чисты,
что даже у деревьев заоконных
трепещут их венгерские листы
Граф
Я предлагаю тост за австро-венгерскую корону!
Все
Ура-а-а! (пьют)
Граф
А теперь – за все странствующие художества и ремёсла!
Все
Ура-а-а! (выпивают)
Граф
А теперь – за всех почтенных авторов и за самого почтенного из них, которого не называю, боясь задеть его скромность!
Все
Ура-а-а! (пьют и выпивают)
16 февраля 84
(Публикуется впервые по авторской машинописи. Подготовлено Ириной Казаковой специально для gileia.org)
